Посмотрел фильм «Режиссер — Джон Форд» Питера Богдановича. В фильмографии Форда, оказывается, около 130 картин, хотя многие потеряны. Его кино перепахало несколько поколений режиссеров. Да что там говорить, «Дорога ярости», о которой я писал недавно, — это ведь тот же «Дилижанс», только на дизельном топливе.
В фильме многие звезды делятся воспоминаниями. (В том числе, Спилберг об экзамене, который ему устроил Форд. Он потом инсценировал эту встречу «Фабельманах». Очень угарно).
Интересно посмотреть на актеров тех времен (многие съемки — конца шестидесятых), рассказывающих о Форде, великом и ужасном. У этих актёров какая-то другая постановка речи и пластики, жесткий олд стайл акцент, театральная, но обаятельная подача.
Сам Форд тоже весьма колоритен. В фильме есть фрагменты интервью, где он на фоне прерий сидит в кресле, в кепке и черном окклюдере на глазу, жует сигару и отвечает на все вопросы «ага», «не-а» — в общем, «на отвали». С такой уничтожающей иронией. Понятно, что тот еще был фрукт.
Многие истории, которые о Форде рассказывают, — про его коварство, а то и самодурство в чистом виде.
Над Джоном Уэйном, главной своей звездой, он издевался постоянно. Подкалывал, что тот не пошел воевать во Вторую мировую: «Насколько ты разбогател, пока Джимми рисковал своей жизнью?»
Джимми — это Стюарт, еще один великий голливудский актер, действительно служивший пилотом на бомбардировщике.
Но потом досталось и Джимми.
К концу съёмок одного из фильмов Форд спросил Стюарта, что он думает о костюме Вуди Строуда, афроамериканского актера, его партнера по площадке. Стюарт ответил: «Он немного напоминает мне дядюшку Римуса». Форд ответил: «Что не так с дядюшкой Римусом?» И тут же созывает всю съемочную группу и говорит: «Тут одному из наших актеров не нравится костюм Вуди. Не знаю, есть ли у мистера Стюарта предубеждение против н*гров, но я просто хотел, чтобы вы все об этом знали». Стюарт вспоминает, что «хотел провалиться сквозь землю» — конечно же, ничего такого он в виду не имел. Уэйн, которого Форд все время так же словесно абьюзил, сказал Стюарту: «Что ж, добро пожаловать в клуб».
Вот такие «шпильки»…
При этом Форд пылко любил Кэтрин Хэпберн, в фильме есть случайно сохранившийся кусок их совместного интервью, где они встретились спустя много лет после их романа. Когда все свидетели ушли, они стали признаваться друг другу в любви, и это записалось на пленку.
И еще в фильме отлично подобраны фрагменты из картин Форда. Он умел быть и подлинно-народным, и по-хорошему чувствительным. При напускном покер-фейсе.
Богданович — мастер таких объемных портретов, что в книгах, что в кино (у него есть также замечательная книга об Орсоне Уэллсе). Он очень хорошо чувствует эти режиссёрские души.
И прекрасно показывает одну из них, широкую, как прерия.
Добавить комментарий